Биография Януша Корчака

Корчак и еврейство

Корчак считал себя членом двух культур и народов. Как еврей и поляк, он был активен в обеих общинах и работал, чтобы привести их ближе друг к другу.

В 1899 г. Корчак присутствовал в качестве гостя на 2-м Сионистском конгрессе в Базеле. Преклоняясь перед Т. Герцлем, он, тем не менее, не принял идей сионизма, считал себя поляком во всем, кроме религии, следование которой, по его убеждениям, было личным делом человека. Он ждал, как великого чуда, независимости Польши и верил в полную ассимиляцию евреев.

Кровавые еврейские погромы, устроенные польскими националистами в 1918-19 гг., посеяли в душе Корчака глубокое разочарование. В Корчаке пробудилось еврейское самосознание. В середине 1920-х годов он поддержал Еврейский национальный фонд; и в 1929 году, официально как не-сионист, он был назначен членом руководства польского отделения Еврейского агентства.

В 1934 г. и 1936 г. он посетил подмандатную Палестину, где встретил многих бывших своих воспитанников. Педагогические и социальные принципы кибуцного движенияЃе-Халуц произвели глубокое впечатление на Корчака. В письме 1937 г. он писал:

image Приблизительно в мае еду в Эрец. И именно на год в Иерусалим. Я должен изучить язык, а там — поеду, куда позовут… Самое трудное было решение. Я хочу уже сегодня сидеть в маленькой темной комнате с Библией, учебником, словарем иврита… Там самый последний не плюнет в лицо самому лучшему только за то, что он еврей image

.

Отъезду помешала лишь невозможность покинуть своих сирот. Корчак в эти годы собирался написать повесть о возрождении еврейской родины, о халуцим.

Годы детства и учебы в гимназии

Настоящее имя Корчака – Хирш (на польский манер Хенрик) Гольдшмидт. Родился он в еврейской семье в Царстве Польском, которое тогда входило в состав Российской империи, в 1878 году.

Несмотря на то что так и не дожил до глубокой старости, много успел увидеть на своем веку Я. Корчак. Биография кратко не может передать все события его жизни.

Хенрик происходил из образованной семьи: его дед был врачом, а отец – адвокатом. Для того чтобы чувствовать себя более комфортно в польском обществе, семья Гольдшмидтов ассимилировалась с поляками, особо не подчеркивая еврейских традиций своего рода.

Будущий писатель Януш Корчак (биография, фотографии которого, сделанные в детстве, говорят нам о нем как о способном и любознательном мальчике) не отличался особым здоровьем. Однако благодаря своим знаниям он поступил в престижную русскую гимназию. Преподавание там велось на русском языке, а затем изучались все основные мёртвые и современные европейские языки. Несмотря на высокий уровень подготовки, преподаватели не проявляли интереса к своим воспитанникам. В гимназии царили суровые порядки, процветали физические наказания и доносительство.

image

Гораздо позже Януш Корчак (биография для детей будет изложена доступно и станет широко известной) отмечал, что именно испытания в гимназии побудили его к созданию новой гуманистической педагогики.

Примечания

Навигация по словарю

!—>—>—> Это интересно —> —>—>

Мечты сбываются… Детский дом радости

Достаточно молодым, в возрасте 33 лет, Янушу Корчаку удалось осуществить свою мечту. Он открыл в Варшаве «Дом сирот», которым впоследствии руководил до конца жизни. Детский дом радости – так еще называли творение Корчака, не был приютом в традиционном понимании этого слова. Необычное, а для многих детей, единственное пристанище было похоже на детскую республику, где Януш применял новаторские педагогические методики. Корчак акцентировал свое внимание на признании ценности личности ребенка, признания за ребенком права на индивидуальность. Корчак был уверен, что становление ребенка как личности – это долгий процесс пробуждения и развития в ребенке потребности к самосознанию, самоконтролю и воли к самосовершенствованию.

Уникальному «Дому сирот» не было равных во всей Европе. Создавался он на средства неравнодушных людей и стал оазисом доброты и настоящим пристанищем не только для двухсот детишек, но и для самого Корчака. В доме все жили по особым правилам, которые учили детей любить и уважать себя, быть трудолюбивыми и с оптимизмом смотреть на жизнь. В приюте работало детское самоуправление, существовал детский товарищеский суд и совет при суде. Решения суда были обязательны для руководства приюта, причем, «подсудимыми» могли стать не только воспитанники приюта, но и его воспитатели. Детский суд был судом, который не выносил никаких наказаний, потому что в детской республике действовал непреложный закон: «Если кто-то сделал что-нибудь плохое, лучше всего простить его. Если сделал плохое, потому что не знал, что это плохо, теперь уже будет знать. Если сделал плохое не нарочно, в будущем будет осторожнее».

* * *

Во время гитлеровского холокоста старый доктор не оставил детей на произвол судьбы. В 1940 году его арестовали, несколько месяцев он просидел в тюрьме, откуда Януша Корчака выкупили его бывшие воспитанники. Вернувшись в «Дом Сирот», который на тот момент находился на территории Варшавского гетто, Корчак продолжал поддерживать дух воспитанников, несмотря на то, что положение детей с каждым днем ухудшалось. Множество людей пытались уговорить Корчака покинуть гетто, зная, что власти разрешили ему уходить и возвращаться, но Корчак отказался бросить детей и спасти свою жизнь. Трижды ему предлагали спастись, трижды, он отказывался…

В августе 1942 года основателя детского дома радости и двести его воспитанников отправили в концлагерь в Треблинку, где через непродолжительное время Януш Корчак вместе со всеми детьми встретил смерть в газовой камере…

 О том, как относился этот удивительный человек к детям, без лишних слов становится понятно, читая его красноречивые цитаты и заповеди, с которыми стоит ознакомиться каждому родителю:

«Детство – фундамент жизни. Без безмятежного, наполненного детства, последующая жизнь будет ущербной. Ребенок – это ученый в лаборатории, напрягающий свою волю и ум для решения труднейших задач».

«Упрямый ребенок – это результат неразумного поведения матери».

«Детей нет, есть люди: с иным масштабом понятий, иным запасом опыта, иными влечениями, иной игрой чувств».

«Детское «дай», даже просто протянутая рука должны столкнуться когда-нибудь с нашим «нет», а от этих первых «не дам, не разрешаю» зависит успех целого и огромного раздела воспитательной работы».

«Меня не касается, маленький кто-либо или большой и что говорят про него другие: красив, некрасив, умён, глуп; меня не касается даже, хорошо ли учится, хуже меня или лучше; девочка это или мальчик. Для меня человек хорош, если хорошо относится к людям, если не желает и не делает зла, если он добрый».

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий