Светлые образы русской жизни. Пластов Аркадий Александрович – tatasoz — LiveJournal

Грибы и ягоды

В те времена грибы были большим подспорьем для семьи. Поэтому, когда было время, крестьяне не упускали возможности пойти в лес за добычей. Грузди вымачивали, а затем солили в больших деревянных бочках. С белыми (боровиками) поступали так же или сушили их, а зимой варили ароматный суп.

image

Но не только грибы собирали местные жители летом, картина показывает, что ягоды также были желанной добычей «тихой охоты». Раньше малину не выращивали на огородах и в садах, а ходили за ней в лес. Из нее варили варенье, сушили, лакомились зимой или давали больным, чтобы вылечить простуду. Добытчицы собрали целый кувшин красных ягод, а девочка даже на привале срывает с веточек ароматные дары леса.

Описание картины Пластова «Летом»

Данная картина относится к послевоенным работам художника. Написал он картину в 1952 году. На ней изображена женщина и девочка, которые собирали лесные дары, устали и теперь отдыхают.

Действие происходит летом, картина отчетливо это передает. На березках листья зеленые, трава такого же цвета. Колокольчики и другие цветы украшают травяной ковер, добавив ярких красок.

image

Женщина и девочка вышли из дома рано утром, так как в это время еще нет жары и больше вероятность найти лесные дары, придя к ним первыми. До полудня они бродили по лесу, и старанья их были вознаграждены. Мать и дочь набрали целую корзину белоснежных груздей и вторую, чуть меньшую, крепких боровиков.

По приказу секретаря обкома

В. Толстой: Николай Николаевич, 20 января в восстановленном после пожара храме в Прислонихе состоялось первое богослужение. Что для вас лично означал и означает этот храм?

Н. Пластов: Сколько помню себя – столько же помню эту церковь. Из воспоминаний детства порой всплывает страшный остов, пахнущий химикатами. Там был склад, где хранилось травленое зерно, но это здание, к тому времени утратившее изначальный образ, притягивало к себе некой загадочностью. От него веяло историей – не слишком дальней, но тогда казавшейся мне седой стариной. И ощущение это стало намного острее, когда я узнал, что эта церковь имеет прямое отношение к нашему роду – её проектировал, строил, расписывал стены, писал иконы Григорий Гаврилович Пластов, дед моего деда… Некоторые иконы его работы и сейчас хранятся у меня дома.

image

Богоявленский храм до первого восстановления. Конец 80-х. Фото: Из личного архива Николая Пластова

– Как удалось добиться восстановления церкви ещё в советские времена?

– Не могу не помянуть добрым словом Геннадия Васильевича Колбина, первого секретаря Ульяновского обкома КПСС. Благодаря ему неожиданно легко и быстро решился вопрос, который не мог сдвинуться с мёртвой точки многие годы. Он сам спросил моего отца, Николая Аркадьевича, что, по его мнению, следует сделать для увековечения памяти Аркадия Пластова. И одним из первых пунктов он предложил именно восстановление храма – наряду с созданием мемориальной зоны и музея, строительством дороги и всей остальной инфраструктуры. Это был тот самый переломный момент, после которого Средневолжский филиал института Спецпроектреставрация под руководством Юрия Васильевича Козлова приступил к проведению замеров и созданию проекта, руководствуясь рисунками и живописными полотнами моего деда. Именно по ним удалось воспроизвести изначальные пропорции храма и архитектурные детали.

Досье

Николай Пластов. Родился в 1956 г. Заслуженный художник РФ, дипломант Российской академии художеств. В 1973–1979 гг. учился в Московском государственном художественном институте имени В.И.Сурикова. С 1982 года – член Союза художников СССР, Союза художников России, Московского союза художников. Участник всесоюзных, всероссийских, московских и региональных выставок с 1978 года. Работы хранятся в музеях и частных коллекциях в России и за рубежом. Когда в начале 90-х годов восстановление церкви завершилось, это была величайшая радость и для меня, и для односельчан, и для всех, кому дорога память о выдающемся земляке.

– Значит, заботу о восстановлении взяло на себя государство?

– Не только. Позднее Николай Аркадьевич и настоятель церкви отец Владимир вместе продумывали установку иконостаса. На старых стенах нашли гнёзда, на которых он крепился, сделали замеры, восстановили изначальную структуру, по эскизам отца готовили иконы. Ещё до полного восстановления убранства церкви там начались и службы. Отец Владимир и сам всё время брался за кисть – писал святые лики, покрывал благородной морилкой иконостас, полы и стены, а наш давний друг, художник из Сурского Александр Степанович Гордеев, своими руками по чертежам моего отца сделал предметы церковного обихода. Отец же сам изготовил навершия над царскими вратами и несколько других резных элементов убранства. Эта церковь была центром творческого и душевного единения нескольких поколений…

image
Когда подъезжаешь к Прислонихе, церковь – первое, что бросается в глаза. 4 февраля 2016 г. Фото: АиФ/ Алексей Балаев

Рукотворная трагедия

– Вероятно, трудно было поверить, что все плоды трудов погибли в одночасье?

– То, что произошло в мае 2016 года, просто не укладывается в голове. В эту страшную ночь я был в Прислонихе. Я даже сделал несколько десятков снимков и самого пожара, и пепелища. Считаю, что в памяти потомков должны остаться не только радостные, но и самые горестные моменты истории. Очень больно было видеть, как храм, который ещё стоит, ещё сохраняет свою архитектуру, объят огнём, а ты не можешь ничего сделать, не можешь это остановить. Вот брёвна становятся тоньше, вот между ними начинает пробиваться пламя, вот рухнул купол… Не дай Бог никому такое видеть. Не стало нашей святыни. Это всё равно, что видеть близкого тебе трагически погибающего человека, не имея ни малейшей возможности его спасти.

– Но воссоздать храм оказалось возможно…

– Уже на следующий день приехало много людей, в том числе и высокое начальство. И многие высказывали мнение, что восстановить потерю не удастся. Но губернатор Сергей Иванович Морозов заявил, что нет ничего невозможного и приступать к воссозданию храма надо немедленно. Низкий ему поклон за эту решимость. И вот – прошло всего полтора года, и церковь опять стоит перед нами. Первой моей задачей было добиться того, чтобы храм был восстановлен в изначальном архитектурном облике, а второй – восстановление иконостаса в том виде, в каком его в своё время задумал отец.

– Сохранились эскизы?

– Да! На больших листах бумаги сохранились его рисунки карандашом и углём. Но в данном случае невозможно было успеть сделать всё за такой короткий срок – традиционная иконопись требует долгой кропотливой работы. Нам помогли Кирилло-Белозёрский монастырь, Третьяковская галерея, один из сайтов, где размещены многочисленные древнерусские иконы в хорошем разрешении, пригодном для качественной печати. Плоттер (устройство для печати графической информации на широкоформатном носителе, – ред.) у меня есть свой, так что большую часть я напечатал. Только для пророческого чина не нашлось подходящего исходного материала, так что ряд изображений пришлось заказать в Софрино.

– А писать иконы вы сами будете?

– Сначала нужно дождаться, пока дерево придёт в нужную кондицию. А потом по мере готовности будем заменять печатные иконы на живописные. Это займёт несколько лет. А кто писать будет – это уж как Бог даст. И сам, и студенты академий имени Строганова, Глазунова, художественного института имени Сурикова. Я провел встречи по этому поводу. Главное – чтобы был тот, кто направляет эту работу, добивается единства стиля. И за основу будут взяты эскизы моего отца, потому что его решение мне представляется глубоко продуманным, полностью соответствующим идеям православия.

Классик отечественной живописи

Уроженец Симбирской губернии Аркадий родился в крестьянской семье. Среди его предков были иконописцы и архитекторы. Закончив Симбирское духовное училище, а затем и семинарию, Пластов отправился обучаться в Москву. Он учился в Императорском Строгановском художественном училище и училище живописи, ваяния и зодчества по классу скульптуры. По окончании трех лет обучения А. А. Пластов выбрал путь сельского живописца и вернулся на свою родину. Прерванная учеба была обусловлена вполне объективными причинами революционными событиями в стране. Все картины живописец создавал, наблюдая жизнь односельчан и родную природу.

Награды и премии

  • народный художник СССР (1962).
  • Ленинская премия (1966) — цикл картин «Люди колхозной деревни» (1951—1965).
  • Сталинская премия первой степени (1946) — за картины «Сенокос» (1945) и «Жатва» (1945).
  • Государственная премия РСФСР имени И. Е. Репина (1972 — посмертно) — за картины «Костёр в поле», «Из прошлого» и портреты современников.
  • два ордена Ленина и медали.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий