Краткая биография Афанасия Никитина самое главное для 5 класса

Хожение за три моря

Смерть

Скитаясь по солнечным странам, Афанасий Никитин жил мечтою вернуться на родину. Мореплаватель собрался в обратный путь и отправился в торговый порт Ормуз, откуда и началось путешествие в Индию. Из Ормуза купец отправился на север через Иран и оказался в Трабзоне, турецком городе. Местные турецкие жители приняли русского мореплавателя за шпиона, поэтому взяли Никитина в плен, отобрав все, что было на судне. Единственное, что осталось у мореплавателя при себе – рукописи.

Афанасия отпустили из ареста, и торговец отправился в Феодосию: там он должен был встретиться с русскими купцами, чтобы занять денег и расквитаться с долгами. Ближе к осени 1474 года купец приехал в феодосийский город Кафу, где провел зиму.

image Памятник Афанасию Никитину в Твери

Весной Никитин намеревался отправиться по Днепру в Тверь, но умер в городе Смоленске. Причина гибели Афанасия Никитина остается загадкой, но ученые уверены, что продолжительное путешествие по разным странам с различными климатическими условиями резко ухудшило здоровье мореплавателя.

Читайте также:  Сочинение-рассуждение В чём своеобразие конфликта Чацкого с фамусовским обществом?

Записки Никитина были доставлены в Москву купцами, которые сопровождали странника. Дневник Никитина передали советнику князя Ивана III, и в 1480 году рукописи вошли в летопись.

Именем русского мореплавателя были названы улицы и переулки в России, а также набережная в городе Твери. В 1958 году «Мосфильмом» было отснято кино «Хождение за три моря», а в 1955 в Твери поставлен памятник Никитину. Также памятники русскому купцу есть в Кафе и в штате Махараштра.

Биография

Афанасий Никитин родился в семье крестьянина Никиты (таким образом, «Никитин»В — отчество Афанасия, а не фамилия). Совершил путешествие в 1468—1474 годах (датировка Л.В С.В Семёнова, ранее И.В И.В Срезневским датировалось 1466—1472 годами) по Персии, Индии и Турции; составил описание этого путешествия в книге «Хожение за три моря». Это было первое в русской литературе описание не паломничества, а коммерческой поездки, насыщенное наблюдениями о политическом устройстве, экономике и культуре других стран. Сам Никитин называл своё путешествие грешным, и это первое в русской литературе описание антипаломничества.

Никитин отправился в путь из Твери: «Пошел я от Спаса святого златоверхого с его милостью, от государя своего великого князя Михаила Борисовича Тверского, от владыки Геннадия Тверского и от Бориса Захарьича.»

В Нижнем Новгороде Афанасий две недели ждал Хасан-бека, посла ширваншаха и продолжил путешествие с ним. Ограбленный астраханскими татарами в устье Волги, Никитин и другие купцы сопровождавшие посла не могли возвратиться, их назад, вверх по реке, не пропустили. И они отправились на 2 судах в Дербент. Во время бури, меньшее судно разбило о берег у города Тарки, и кайтаки всех взяли в плен.

Почтовая марка СССР

После прибытия в Дербент, Афанасий бил челом московскому послу подьячему Василию Папину и послу ширваншаха Хасан-беку, чтобы они похлопотали о людях, которых кайтаки под Тарками захватили. Хасан-бек ездил к Булат-беку просить. По просьбе Булат-бека ширваншах послал к шурину своему, князю кайтаков Халил-беку письмо по которому освободили пленных. Потом Афанасий и другие русские ездили к ширваншаху в ставку с просьбой профинансировать их возвращение на Русь, но он не дал им ничего.

Затем Никитин пишет: «А я пошёл в Дербент, а из Дербента в Баку». Однако он ошибся в расчёте:

Обманувшись в надеждах относительно торговых выгод, Никитин вдобавок подвергся и большой опасности:

В своей книге Никитин описывает и красоту южной природы, и богатство землевладельцев и вельмож, пышность дворцов их, и бедность сельского населения, и нравы, и облик жителей Индии:

Тяжело стало Никитину на чужой дальней стороне среди 84 вер:

В связи с присутствием в «Хожении» арабско-персидской лексики и мусульманских молитв (в частности, заключительного текста из Корана), обсуждался вопрос о том, не принял ли Афанасий в Индии ислам. Ряд исследователей (например, Г. Ленхофф) считали его «отступником», в то время как Я.В С.В Лурье полагал, что следует доверять собственным словам Никитина о сохранении им православия; в случае, если бы он был обрезан во время своих скитаний по своей воле, он едва ли отправился бы домой на Русь, где ему угрожала бы смерть за перемену веры, помимо долговой ямы, да и если бы он был обрезан не по своей воле, то это надо было бы ещё доказать. Как раз подробные записки о грешном хожении должны были бы спасти Никитина и от обвинений в переходе в другую веру, и от долговой ямы, и если бы он был обрезан, он бы это рассказал.

Как купец Афанасий Никитин не имел успеха: единственная торговая операция, описанная в «Хожении»В — перепродажа жеребцаВ — обошлась ему в убыток (наложил на нём 68 футунов, то есть «остался в накладе»).

Наконец Никитин выбрал путь домойВ — через Персию и Трапезунд к Чёрному морю и далее в Кафу (Феодосию) и через Подолию и Смоленск. До дома он, однако, так и не добрался, а умер в дороге под Смоленском (на территории Великого княжества Литовского) осенью 1474 года. В 1475 году благодаря его спутникам, московским купцам, его рукопись оказалась у московского дьяка Василия Момырёва, и текст её был внесён в Летописный свод 1489, продублирован в Софийской II и Львовской летописях. Также сохранились записки Никитина в Троицком сборнике XV века. Текст, вошедший в летопись, был подвергнут сокращению; более полный текст (но сильнее отредактированный составителем) имеется в Троицком сборнике.

В новое время записки были обнаружены Н.В М.В Карамзиным в архиве Троицко-Сергиевского монастыря в составе Троицкого сборника. Карамзин опубликовал отрывки в 1818В году в примечаниях к VI тому «Истории государства Российского». Полностью сочинение опубликовал П.В М.В Строев в 1821 году в издании Софийской II летописи.

Принял ислам?

3. «Хожения» внесены в летописный свод

image

Путешествия Никитина относятся к тому времени, когда престол занял Касим султан (это было между 1466 г.), кстати, он упомянут в «Хожении». Текст был найден составителем одного из летописных сводов. К московскому дьяку – Василию Мамыреву, записки Никитина попали не раньше 1473 года – он внес их в летописный свод, продублирован Софийской II и Львовской летописях. Примечательно, что деятельность Мамырева была связана исключительно со внутренними делами.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий