Константин Кинчев биография, фото — узнай всё!

Ключевые факты

  • Музыкой Константин Кинчев увлекся с ранних лет: когда он пошел в первый класс, мама купила ему магнитофон, дабы заинтересовать ребенка в английском языке. Язык языком, а вот группой The Rolling Stones Константин точно увлекся. А в 15 лет, побывав в пионерлагере «Звездочка» и услышав там Black Sabbath, Кинчев определился для себя с поприщем рок-звезды.
  • До прихода в Алису Константин играл в группах, не оставивших записей: Золотая середина, Круг черной половины, Третья фак-команда. Кроме того, он создал собственную группу Сломанный воздух, исполнявшую зарубежную рок-классику в Красногорске. Сломанный воздух распался спустя два года
  • В 1984 году Кинчев познакомился со звукорежиссером Игорем «Панкером» Гудковым, в свою очередь познакомившим Кинчева с Майком Науменко. Последнему понравился репертуар молодого Кинчева, и было решено записать альбом Нервная ночь. В записи участвовали музыканты групп Алиса и Секрет. Запись заняла 38 часов. Официально этот альбом был выпущен только в 1994 году. Именно после этой записи Святослав Задерий (басист и основатель Алисы) пригласил Кинчева присоединиться к своей группе.
  • 8 марта 1985 года состоялось первое выступление Константина Кинчева в составе Алисы.
  • 1987 год ознаменовался для группы Алиса и лично Константина Кинчева «Делом Кинчева». Соль его была в том, что выступая в ноябре во дворце спорта «Юбилейный» в Ленинграде, Кинчев повздорил с милицией, не пускавшей за кулисы первую жену музыканта, Анну Голубеву, бывшую тогда беременной. В отместку лидер Алисы дал такую преамбулу к песне «Эй, ты, там, на том берегу»: «Следующая песня посвящается иностранным гостям, если оные есть в зале… а также ментам и прочим гадам!». Это вызвало дикий общественный резонанс, во многом стараниями прессы, обвинявшей Константина в выкрике фразы «Хайль Гитлер на том берегу!» В результате долгих разбирательств, нескольких арестов и проблем с организацией концертов дело все-таки решилось в пользу Алисы. Под впечатлением от случившегося группа записала альбом «Ст. 206 ч.2», увидевший свет лишь спустя пять лет.
  • В 1992 году Алиса выступала в Иерусалиме, и, пробыв в этом городе неделю, Константин Кинчев посетил все святые места. Вернувшись домой, он принял православие, что стало поворотной точкой не только в жизни музыканта, но и в его творчестве.
  • Константин дважды был женат. Первой женой была Анна Голубева. Вторая жена, Александра Панфилова, живет с музыкантом и по сей день. Чета Кинчевых почти обычно живет в деревне Саба в 700 км от Москвы, приезжая в столицу лишь зимовать.
  • В свободное время Константин занимается рыбной ловлей.
  • Константин Кинчев дружил со многими музыкантами, например, Виктором Цоем, Дмитрием Ревякиным, Рикошетом, Вячеславом Бутусовым и Пухом. Он рассказывал, что самые близкие его друзья остались с юношества.

На концерте 17 ноября 1987 года в Санкт-Петербурге милиция не пропустила беременную жену Кинчева, а один из правоохранителей даже толкнул ее. Константин заступился за супругу, и его уже было собрались увезти в отделение, но фанаты настояли на том, чтобы музыканта отпустили.

Когда начался концерт, одну из песен Кинчев посвятил «иностранным гостям, находящимся в зале, ментам и прочим гадам». В результате на певца даже завели уголовное дело по обвинению в злостном хулиганстве, но позже все благополучно разрешилось.

Тексты / Интервью /Зона вылета

image

  • 28.08.2012
  • автор: Арина Холина
  • смотрели: 11984

Тэги:

Единственной возможностью встретиться с Константином Кинчевым лично был промежуток времени с семи тридцати утра до половины девятого в аэропорту Пулково. В другое время Константин прячется от суеты у себя в деревне под Питером, дает концерты, ездит на рыбалку, записывает песни. Разговаривать с журналистами не любит – считает лишней тратой сил.

Есть такое общее место, что рок – это свобода, некий абстрактный призыв разрушить рамки и границы, но лидер «Алисы» изо всех сил опровергает этот стереотип, сообщая точку зрения человека, которого абсолютная свобода едва не довела до могилы: свобода – это не отсутствие границ, а лишь возможность установить свои собственные.

Кинчев редко выпивает, много занимается спортом, хоть и курит до сих пор, ходит в церковь, влюблен в жену (Александра – очень красивая женщина, кстати), растит троих детей.

И все-таки создается впечатление, что Константин, как человек, заглянувший в глаза собственным демонам, теперь дует на воду – то есть держится от всех соблазнов как можно дальше, но есть в нем искра, на которую очень хочется дунуть – чтобы увидеть его настоящего. Это мы и попробовали сделать в нашем торопливом интервью.

Константин, вы нередко говорите, что рок не имеет ни малейшего отношения ни к сексу, ни к наркотикам, ни к прочим подобным вещам. Но вы сами прошли этот путь. И для большинства рок – все-таки протест, революция, свобода… даже не свобода, а анархия.

– Любой человек творческой профессии сложнее, противоречивее и глубже, чем трактовка его поступков и высказываний. Клишируют человека журналистские штампы, вырванные из контекста «цитаты» да броские «выносы» ради сиюминутного. Вот вы, например, считаете, что рок – это протест, причем протест с саморазрушением. И, подчеркивая этот весьма пошлый тезис, делаете его для себя и для читателя, по сути, аксиомой. Вы уверены, что и я считаю так же? В таком случае вы ошибаетесь. Рок для меня – это всего лишь моя жизнь со взлетами и падениями, ненавистью и любовью, радостью и болью, со всем тем, что мы можем назвать жизнью. Подобной категоричностью вы вынуждаете меня к протесту, вот я и протестую, как истинный рокер – разрушая очередной стереотип. Так что ломали стереотипы, ломаем и ломать будем.

image

Так все-таки рок-н-ролл – это революция? Или нет? И если революция, то как она соотносится с вашим нынешним мировоззрением – христианством, непротивлением злу насилием?

– Непротивление злу насилием – это толстовщина, не имеющая ничего общего с Евангелием. Вы поднимаете довольно сложные темы, но понимаете ли вы, что именно хотите спросить?! Рок-н-ролл, если желаете, – это революция, но революция, свойственная любому, абсолютно любому человеку, который не желает плыть по течению искаженного мироустройства, диктат которого отрицает любовь как понятие.

Есть мнение, что не бывает бывших алкоголиков и наркоманов… Человек разумный, с силой воли, может себя сдерживать, но все равно хочется. Как с этим справиться?

– Ну мало ли кому чего хочется? Разум – это и есть сила воли. Уметь управлять собой, сдерживать свои пагубные желания – трудная задача. Другое дело, что негатив не всегда заметен. Некоторые думают, что желания любого рода и есть суть личности. Я так не думаю.

Вы довольно провокационно рассуждаете о либерализме, государственном устройстве, свободе. Как вы понимаете свободу? В частном масштабе отдельной человеческой жизни и в государственном?

– Провокационней либералов трудно рассуждать о либерализме, так что вы мне льстите. И что такого провокационного в моих рассуждениях о государственном устройстве и свободе? Что тут смущает? Что свобода – это не воля? Что обустраивать государство – это тяжкое бремя ответственности?!

А как ваши идеи выражаются в обычной жизни? Например, в воспитании детей? Как вы их воспитывали, когда они уже немного подросли? Водили на концерты, давали читать книги, разговаривали о свободе, государстве, воле?

– Концерты «Алисы» – это не воспитательный процесс, это просто радость, и радость добровольная. Вы полагаете, что я назидательный безумец, который заставляет собственных детей «читать папины книжки»?! Хотят – идут, не хотят – не идут. Хотят – слушают мои альбомы, не хотят – не слушают. То же самое с книгами – спросят, что прочесть, отвечу, не спросят – навязывать ничего не буду. Мы просто обмениваемся информацией. Допустим, младшая, Вера, читает Станиславского «Работа актера над собой», и я на эту книжку подсаживаюсь, в свою очередь рекомендуя ей прочесть дневники Олега Борисова.

А ваша семья патриархальная? Вы глава семьи? У вас есть дом в деревне, есть участок земли, вы там живете по полгода. Вы на этой земле что-то выращиваете?

– У меня нормальная семья. Я главный. Жена – соратник. Может быть иначе? Странно, почему наличие деревни воспринимается как какой-то акт насилия над домочадцами? Деревня и деревня. Я ж не гоню жену на выпас коров на заре… Живем себе и живем. Она цветочки какие-то выращивает, загорает на берегу озера, читая до одурения, с подружками мартини пьет у камина. Чем плоха такая жизнь?! Надоело – можно в Питер скататься, по музеям-театрам погулять… Большую часть времени мы живем вдвоем, у детей своих дел гора, и всем нам хорошо.

Ваша дочь переживает, что она дочь Кинчева? Для нее легко быть ребенком знаменитости?

– У меня две дочери и сын. Не думаю, что они чувствуют себя детьми знаменитости, в них разное намешано, они сложные люди, но вот этой шняги – ребенок известных родителей – абсолютно точно нет ни в ком из них. Честно говоря, я и сам себя не очень-то ощущаю знаменитостью.

Ваш сын, как пишут, работает у вас в группе, старшая дочь – театровед, младшая учится на актрису. Насколько у вас близкие отношения с ними, могут ли они спросить у вас совета, попросить помощи?

– Мои дети – это МОИ дети. И, разумеется, у меня с ними близкие отношения, но близкие настолько, насколько дети в этом нуждаются. Я всегда рядом, если у них есть необходимость спросить совета, я рад помочь, но сам навязываться не буду. Естественно, меня волнует как будущее, так и настоящее моих детей, но они взрослые люди и сами строят свою жизнь в общем-то как хотят. Хорошо, если эти решения подразумевают мое отношение к ним, если же нет, то я бессилен, как любой родитель.

Вы, кстати, в одном интервью говорили о телесных наказаниях. Мол, распоясавшегося ребенка можно и того, ремнем. Вы думаете, что физическая боль положительно влияет на воспитание? Разве это не просто запугивание?

– Я говорил, что лучше ремнем, чем в сердцах рукой. Пока ремень ищешь, в себя приходишь и понимаешь, надо наказывать или нет. За вранье надо. Все остальное можно простить.

Как вы думаете, почему вообще в России есть такой культ физического воздействия? Или по крайней мере нормальное к нему отношение? Можно «поучать» жену кулаками, детей пороть. Это признак нашей патриархальности, дикости, силы или слабости?

– У нас ко многому «нормальное» отношение, и это печально. Самое печальное – это «нормальное» отношение к равнодушию. Людям нет дела до других, все постепенно зарываются в свои норы. Не пробиться. Дикость ли это? Наверное, да. Патриархальность тут совершенно ни при чем. Патриархальность – это приверженность неким законам, а у нас законов нет. Все, как хотят, так и живут.

Однажды вы сказали, что «задача любого публичного, а тем более творческого человека – как бы самонадеянно это ни звучало – поднимать толпу до своего уровня и делать таким образом из толпы народ». Вот что это за уровень? Куда вы поднимаете толпу?

Главное для творческого человека, человека публичного – не превращать людей в толпу. Я эти превращения наблюдаю каждые выходные по ТВ. Толпы беспричинно и безудержно ржущих людей. Это кошмарное зрелище.

Для тысяч молодых людей вы идол. Вам легко отстраниться от этой ситуации, не возомнить о себе? Вот такое поклонение, оно вообще влияет на человека?

Идолом себя никогда не чувствовал, да и вряд ли когда-либо им был. У нас с поклонниками очень специальные отношения, не сиюминутные, это скорее история любви и дружбы, без тени поклонения. Я их люблю, и они меня. Вот и все. Просто потому, что не врем друг другу.

А стычек, конфликтов с вашими поклонниками никогда не было?

– С отдельными представителями, но… кто старое помянет, тому… Ворошить, вспоминать нет никакого желания.

Константин, вы уже много лет придерживаетесь одного и того же образа – прическа, черные джинсы в облипку, небрежные черные майки без рукавов. Вам никогда не хотелось что-то изменить? Или это, наоборот, признак цельности натуры?

– Черных джинсов в облипку я давно уже не ношу, лет пятнадцать, наверное. И майки как майки, удобные для концертов. Были и рваные рубахи, и камзолы припанкованные. Да много чего было. А исхожу я не из «цельности натуры», а из личного комфорта, хотя, безусловно, внешний вид в той или иной степени отражает личность.

Говорят, что нынешние времена очень похожи на годы застоя. Вы согласны? Если ответ «да», то в чем сходство?

– Ничего общего с застоем. Новое ощущение – абсолютная отстраненность государства от человека.

У меня нормальная семья. Я главный. Жена – соратник. Может быть иначе?

Отстраненность – это что, новый политический строй?

– Я сказал о собственных ощущениях, если они вас заинтересовали, то подробности реализации этих «проектов» вам с удовольствием объяснят власти предержащие, рассказывая, с какой заботой и вниманием они относятся к народу.

В конце восьмидесятых было ощущение общности круга, к которому вы принадлежали – общности рок-движения. Сейчас ощущение, что все разошлись: Шевчук в оппозиции власти, Гребенщиков защищает власть, вы ушли в религию.

– Штампы, штампы, штампы. Это я про «уходы» туда-сюда. Юрий Юлианович не молится на оппозицию, это его личные человеческие пристрастия, он вот так выражает свой протест. Люди творческие, как и нетворческие склонны к идеализации как власти, так и тех, кто против нее. Это дело вкуса, так сказать. Я тоже склонен к идеализации. Доверчивость – наш бич. Не всегда понимаешь, во что вписываешься, а если кажется, что понимаешь, не ждешь подвоха. Гребенщиков никого не поддерживает, он «сохраняет покой», Борису Борисовичу, как мне кажется, сильно по барабану что власть, что отсутствие оной. Я стараюсь понять ужас и бремя ответственности людей, решающих судьбы страны. И все это не мешает ни мне, ни Юрию Юлиановичу, ни Борису Борисовичу быть православными христианами. Вся власть от Бога, приходится терпеть по мере сил.

Вот вы думали, почему в стране есть только один вид мейнстрима – «что-то такое Дима Билан», а все другие направления спрятаны в подполье?

– Мне почему-то кажется обратное. «Что-то такое Дима Билан» спрятано в подполье под названьем «корпоратив», а все нормальные люди катаются по стране с гастролями.

Вряд ли сейчас неформатной группе тяжелее заявить о себе, чем в советское время. Или тяжелее?

– Искушений больше: подстроиться, причесаться, подравняться под формат, замелькать в теле- и радиоэфире, начать косить «капусту». Только к року это уже не имеет никакого отношения. Поэтому молодым группам в нынешнее время сложнее остаться самими собой. Кто забивает на эти искушения, у тех появляется свой верный и преданный слушатель. У нас была другая ситуация – искушений не было, мы просто добровольно вычеркивали себя из социума и жили сегодняшним днем, потому что завтра вообще могло не наступить, так что нам было проще.

Вы уже давно классик русского рока? Бывает ощущение, что «я уж не тот»?

– Странный вопрос… Если с возрастом появляется такое ощущение, значит, я изначально был «не тот». Значит, изначально надо было делать по жизни что-то другое.

Фото: Евгений Военский

Опубликовано в журнале «Медведь» №135, 2009

Первый состав группы

Музыканты, ранее работавшие в других коллективах, объединили совместные усилия в первом составе «Алисы» по приглашению Святослава Задерия, лидера ленинградского «Хрустального Шара». Именно он и дал название, опираясь на образ из знаменитой книги Льюиса Кэрролла.

image

Задерий и Кинчев на сцене

Кроме Задерия, в группу вошли:

  • гитарист Андрей Шаталин;
  • барабанщик Михаил Нефёдов;
  • клавишник Павел Кондратенко.

Вокалистом стал Петр Самойлов, периодически покидавший и возвращавшийся в группу музыкант. В 1985 году Святослав Задерий пригласил в группу Константина Кинчева, сам позже утратил лидерские позиции, покинул состав в 1986 году.

image

Константин Кинчев и Святослав Задерий

Кинчев занимает место основного вокалиста, является автором всех композиций. Уже первые выступления с ним были восторженно приняты. «Мы вместе» становится гимном молодежи. Возвращается Самойлов, но из-за разногласий с Кинчевым в 1988 г. ненадолго уходит Андрей Шаталин, за ним Кондратенко, которого сменяет Андрей Королев.

Новый гитарист Игорь Чумычкин работает до 1993 года, в котором обрывает свою жизнь самоубийством.

Группа, шокированная произошедшим, почти год не выходит на сцену. Поклонники называли состав «Алисы» тех лет золотым: Кинчев, Шаталин, Нефедов, Королев, Чумычкин. Некоторое время с группой выступали гитаристы Сергей «Боров» Высокосов, Александр «Панама» Пономарёв, баянист и клавишник Рушан Аюпов.

Игорь Чумычкин

С приходом нулевых годов Кинчев приглашает в группу клавишника Дмитрия «Ослика» Парфёнова, чтобы формат соответствовал духу девяностых. Не все одобряют позицию Кинчева на перемены, отношения в группе накаляются.

«Алиса» нулевых годов

В 2003 году коллектив покидают Шаталин и Нефедов, на смену которым приглашают Игоря Романова, Андрея Вдовиченко. Кинчев назовет состав с новыми участниками лучшим за все годы.

Противоположности

Иными словами мы видим изменения идей на свои противоположности. Именно в этом состоят все идеи еще тогда маргинального и совсем не православного Кинчева.

Что изменилось в творчестве Алисы за все эти годы? С начала 2000 годов Кинчев начинает втягиваться в православие, но особым образом. Эта религия для него является не только религией Любви, но и борьбы духа со смертью и силами зла, выраженными во внутреннем поле битвы и переданными через песни:

По имени Рок, По жизни Звезда, По крови Огонь, По судьбе Борозда, По вере Любовь, По религии Крест, По сути Опричник Небес. На Рыжем коне Он движется в мир. Рубцы городов, Бородавки квартир Врачует война, Землю не уберечь, Не мир он несет, но меч.

Константин Кинчев текст песни «Всадники» 2003 год

Такое отношение к «религии любви» сформировалось у лидера Алисы неслучайно — долгие годы он пытался избавиться от наркотической зависимости и православие помогло ему сделать нужный выбор, но также и раскрыло и другие грани религиозной веры. Борьбы человеческого духа с желаниями и страстями. Не только через смирение, но также через смертельную внутреннюю битву с самим собой.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий